В июле 2026 года Бабушкинский районный суд Москвы признал законным увольнение топ-менеджера, который загрузил внутренние отчёты компании в нейросеть DeepSeek. Суд квалифицировал это как разглашение коммерческой тайны: сведения ушли из-под контроля работодателя, и уже неважно, прочитал ли их кто-то на той стороне.
Для бизнеса это первый подробно разобранный в СМИ случай, когда суд оценил передачу данных в ИИ-сервис как дисциплинарный проступок. Разберём, что именно произошло, почему работодатель выиграл и что нужно сделать заранее, чтобы не оказаться ни на месте пострадавшей компании, ни на месте проигравшей.
Что произошло
Сотрудница занимала должность директора по продажам в московской инженерной компании с окладом свыше 800 тысяч рублей и проработала там меньше полугода. Её уволили за разглашение коммерческой тайны. Основанием стала не одна загрузка в нейросеть, а серия эпизодов.
| Эпизод | Что произошло |
|---|---|
| Загрузка в нейросеть | Внутренние отчёты из защищённой BI-системы со сведениями о сделках, поступлениях и финансовых показателях подразделений загружены в DeepSeek |
| Личная почта | Рабочие письма и файлы, включая тендерную документацию и данные о зарплатах сотрудников, пересланы на личный адрес, в том числе скрытой копией |
| Сторонние организации | Служебная информация направлена на адреса внешних компаний |
| Разговор с поставщиком | Поставщику рассказали о планах компании запустить собственный бренд и наладить прямой импорт — после этого переговоры сорвались |
При приёме на работу сотрудница была ознакомлена с положением о коммерческой тайне и подписала обязательство о неразглашении. Это обстоятельство в итоге стало решающим.
После увольнения она обратилась в суд: просила изменить формулировку на увольнение по соглашению сторон и взыскать «золотой парашют» в 5 миллионов рублей, предусмотренный дополнительным соглашением. До суда работодатель предлагал изменить формулировку и выплатить около 400 тысяч рублей, но она отказалась.
Что решил суд
Увольнение законно. Суд указал, что загрузка защищаемой информации в систему искусственного интеллекта является разглашением таких сведений.
Производственной необходимости не было. Выгружать данные из защищённого хранилища и размещать их на сторонних ресурсах сотруднице не требовалось. Суд расценил это как грубое нарушение трудовых обязанностей, которое создало риск перехвата информации.
Доказывать, что данные кто-то прочитал, не нужно. Суд опирался на позицию Конституционного суда из определения от 26.01.2017 № 33-О: работник обязан действовать так, чтобы не создавать риск утечки. Значение имеет сам вывод сведений из-под контроля работодателя, а не то, воспользовался ли ими кто-то.
«Золотой парашют» не положен. По условиям допсоглашения выплата полагалась только при расторжении по соглашению сторон или сокращении. Суд отметил, что соглашение сторон и дисциплинарное увольнение — взаимоисключающие основания.
Но работодатель проиграл в мелочи. Выговор за опоздание, вынесенный сотруднице раньше, суд отменил: работодатель не учёл тяжесть проступка и не доказал негативных последствий. Сотруднице присудили 10 тысяч рублей компенсации морального вреда.
На момент публикаций в СМИ в конце июля 2026 года решение первой инстанции не вступило в законную силу и могло быть обжаловано.
Суд наказал не за нейросеть
Важная деталь, которую легко упустить за громкими заголовками: суд не признал нарушением само использование DeepSeek. Он оценивал, какие данные ушли в сервис и как это произошло. Финансовые показатели и сведения о сделках компания заранее отнесла к коммерческой тайне, а сотрудница была об этом предупреждена под подпись.
Отсюда два вывода.
Первый: запрещать сотрудникам нейросети необязательно — и, как правило, бесполезно. Запрет без альтернативы уводит работу в личные телефоны, где служба безопасности её уже не видит. Подробнее об этом — в статье об утечках через ИИ-сервисы.
Второй: суд оценивал поведение сотрудницы целиком. Нейросеть была одним каналом из нескольких — наряду с личной почтой, внешними адресатами и устными разговорами с поставщиком. Работодатель выиграл, потому что смог показать все эпизоды.
Почему ИИ-сервис — это канал утечки
С точки зрения закона чат с публичной нейросетью ничем не отличается от отправки файла на чужой сервер. Данные уходят к стороннему поставщику, хранятся там на его условиях и могут использоваться для дообучения модели. DeepSeek, по собственной политике конфиденциальности, хранит данные пользователей на серверах в Китае.
Если в запрос попали персональные данные — например, ведомость с зарплатами сотрудников, — к трудовому спору добавляется ответственность оператора по 152-ФЗ: это и передача данных третьему лицу, и трансграничная передача без соблюдения установленного порядка.
Для службы безопасности такой канал неудобен вдвойне. Трафик идёт на легитимный сайт по обычному защищённому соединению, внутри нет вредоносного кода, а данные чаще вставляют в поле ввода текстом, чем прикладывают файлом. Межсетевой экран и антивирус здесь ничего не увидят.
Почему работодатель выиграл: что должно быть до инцидента
Увольнение за разглашение коммерческой тайны проводится по подпункту «в» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса. Чтобы оно устояло в суде, работодатель должен доказать три вещи (пункт 43 постановления Пленума Верховного суда от 17.03.2004 № 2): сведения действительно относятся к охраняемой законом тайне, работник узнал их в связи с трудовыми обязанностями и обязался их не разглашать.
На практике это означает, что большая часть работы делается задолго до инцидента.
| Что нужно | Зачем это в суде |
|---|---|
| Режим коммерческой тайны по статье 10 закона № 98-ФЗ | Без утверждённого перечня сведений, ограничения доступа и учёта допущенных лиц информация не считается коммерческой тайной — и разглашать формально нечего |
| Перечень сведений, включая выгрузки из учётных систем | В этом деле речь шла об отчётах из BI-системы. Если перечень говорит только о «договорах», спорить о выгрузках придётся отдельно |
| Ознакомление под подпись по статье 11 закона № 98-ФЗ | Доказывает, что работник знал, какие сведения защищены и что с ними делать нельзя |
| Правила работы с ИИ-сервисами в локальных актах | Снимает вопрос «я не знал, что нейросеть — это третья сторона» |
| Фиксация действий в каналах передачи | Даёт доказательства по каждому эпизоду: что, когда, куда и кем отправлено |
| Соблюдённая процедура взыскания | Служебная проверка, письменное объяснение, сроки по статье 193 ТК РФ |
Последний пункт часто недооценивают. По статье 193 ТК РФ работник получает два рабочих дня на объяснение, а взыскание применяется не позднее месяца со дня обнаружения проступка и не позднее шести месяцев со дня его совершения. Отменённый выговор в этом деле показывает, что суд проверяет обоснованность каждого взыскания, а не только итоговое увольнение.
Похожий подход применяют и другие суды. В деле, дошедшем до Третьего кассационного суда общей юрисдикции, законным признали увольнение сотрудника, который скопировал сведения о технологиях, затратах и контрагентах на личный облачный диск. Суды также указали, что передача третьим лицам не требуется: достаточно вывести данные из среды, которую контролирует работодатель. И там решающими оказались утверждённый перечень сведений, ознакомление под подпись и соблюдённая процедура.
О том, как собрать материалы так, чтобы они выдержали проверку в суде, — в статье о расследовании инцидентов ИБ.
Что сделать компании
- Проверить режим коммерческой тайны. Есть ли утверждённый перечень, отнесены ли к нему выгрузки из CRM, BI и учётных систем, ознакомлены ли с ним все, у кого есть доступ. Если перечня нет, начните со статьи о защите конфиденциальной информации.
- Прописать правила работы с ИИ. Какие сервисы разрешены, какие данные в них вставлять нельзя, кто согласует новые инструменты. Включить правила в положение о коммерческой тайне или отдельный локальный акт и ознакомить сотрудников под подпись.
- Дать разрешённую альтернативу. Если сотрудникам нужна нейросеть для работы, дайте им корпоративный или локально развёрнутый сервис. Иначе запрет будут обходить.
- Включить технический контроль. Правила без контроля работают до первого нарушения, которое никто не заметит. Нужна система, которая видит, что именно отправляют в чат нейросети, на личную почту или в облако, и останавливает передачу защищаемых сведений.
- Оформить контроль юридически. Контроль действий работников требует локальных актов, ознакомления под подпись до начала контроля и запрета использовать корпоративные ресурсы в личных целях. Без этого собранные материалы суд может не принять.
- Отрабатывать процедуру взыскания. Служебная проверка, объяснение, сроки, соразмерность. Каждое взыскание должно выдерживать проверку само по себе.
Как DLP закрывает сценарии из этого дела
Все эпизоды из решения суда — типовые каналы утечки, и каждый из них контролируется DLP-системой.
| Эпизод из дела | Что делает DLP-система |
|---|---|
| Отчёт вставлен в чат нейросети | Перехватывает переписку с ИИ-сервисами и контролирует буфер обмена: видно, что именно вставили в поле ввода. Блокирует отправку, если в тексте или файле есть защищаемые сведения |
| Письма скрытой копией на личную почту | Анализирует содержимое писем и вложений, реагирует на отправку на внешние и личные адреса, блокирует вложения с коммерческой тайной |
| Файл с зарплатами сотрудников | Распознаёт защищаемые документы по ключевым словам, шаблонам и цифровым отпечаткам, в том числе после переименования или смены формата |
| Сведения отправлены внешним компаниям | Контролирует почту, мессенджеры, файлообменники и облачные хранилища — все пути, по которым документ уходит из компании |
| Нужны доказательства для суда | Хранит архив событий со снимками экрана и копиями заблокированных файлов: что, когда, куда и с какого компьютера пытались отправить |
Главное отличие от работы «по факту»: DLP-система останавливает передачу до того, как данные покинули компанию. В разобранном деле работодатель выиграл суд, но коммерческие планы уже ушли к поставщику, а отчёты — на чужие серверы. Вернуть их нельзя.
О том, как настроить правила под такие сценарии, — в статье о политиках DLP.
Частые вопросы
Можно ли уволить за то, что сотрудник пользуется ChatGPT или DeepSeek на работе?
Само по себе использование нейросети основанием для увольнения не является. Основание появляется, когда в сервис передают сведения, отнесённые к коммерческой или иной охраняемой тайне, а работник был ознакомлен с режимом их защиты.
Нужно ли доказывать, что данные из нейросети кто-то получил?
Нет. В разобранном деле суд опирался на позицию Конституционного суда: значение имеет вывод сведений из-под контроля работодателя и созданный риск утечки, а не факт их использования третьими лицами.
Помогает ли обезличивание данных перед загрузкой в нейросеть?
Снижает риск, но не снимает ответственность, если внутренние правила запрещают передавать такие сведения во внешние сервисы. Решать, что можно отправлять и в каком виде, должен работодатель в локальных актах, а не сотрудник на своё усмотрение.
Что если в компании нет режима коммерческой тайны?
Тогда уволить по подпункту «в» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, скорее всего, не получится: без перечня и ознакомления под подпись сведения не считаются коммерческой тайной. Режим нужно вводить до инцидента.
Примечания
Обстоятельства дела приведены по публикациям СМИ и юридических изданий за июль 2026 года. Полный текст решения на дату подготовки статьи опубликован не был. Статья не является юридической консультацией: порядок увольнения в конкретной ситуации стоит согласовать с юристом.
«Стахановец» перехватывает переписку с ИИ-сервисами, включая DeepSeek, и блокирует передачу конфиденциальных сведений по 20+ каналам: почта, мессенджеры, облачные хранилища, съёмные носители и печать. ИИ-анализ переписки может работать на локальных моделях — тогда сами данные не покидают контур компании. Система сертифицирована ФСТЭК России по 4 уровню доверия (сертификат № 5078) и включена в реестр российского ПО.
Проверьте систему на своей инфраструктуре — бесплатный пилот на 30 дней.
